Э

Мир энциклопедий

encyclopedia.ru

Как сделать словарь русского языка, который захочется читать

Как сделать словарь русского языка, который захочется читать

Интервью

  • 26 Сентября 2013
  • просмотров 10063
  • комментариев 2

Новый школьный энциклопедический словарь русского языка, созданный коллективом СПбГУ, отличается от других в первую очередь оформлением. Градиенты, выборка фотографий и статьи, будто бы почёрканные маркером старательного школьника — дело рук дизайнера Ждана Филиппова. Но оформление тесно связано с концепцией словаря, который создатели предлагают читать «как книгу». Даниил Трабун поговорил с Сергеем Монаховым и Дмитрием Чердаковым о том, зачем нужно издавать словарь на бумаге в эпоху гипертекста и как сделать учебную литературу нескучной.

— Как так вышло, что с одной стороны, это официальный словарь русского языка, одобренный всеми инстанциями, а с другой стороны, — он, скажем так, дерзкий? Свежий и свободный в каком-то смысле.

Дмитрий: Идея создать такой словарь родилась в Санкт-Петербургском государственном университете ещё в 2009 году. Главный вопрос здесь — зачем вообще делать новый словарь, если уже есть другие, так ведь? Всё верно, существуют энциклопедические справочники, в том числе предназначенные для школьников, ориентированные на школьный курс русского языка. Но нам этой справочной функции самой по себе было недостаточно. Мы хотели, чтобы помимо выполнения этой важной роли, словарь стал своего рода учебником и даже книгой для чтения. Был не просто источником получения информации, но и способствовал пониманию читателями тех сведений, которые в нём сообщаются. Эта идея совмещения функций воплощалась разными средствами — как на уровне текста, так и собственно в дизайнерском решении.

— Можно поподробнее про книгу для чтения? Всё-таки к словарю обращаются, только когда он действительно нужен.

Сергей: Да-да, это такая распространённая идея. Словарь стоит на полке, к полке подходят, открывают книгу, смотрят нужное слово, ставят обратно. Мы хотели сделать иначе. Образно говоря, не словарь на полке в ряду других книг, а словарь — открытый — на столе, книга для каждой семьи. Наш словарь состоит из двух частей. Первая — это собственно корпус энциклопедических статей. Второй корпус — указатели, которые помогают читателю сориентироваться в этом информационном пространстве. Помимо традиционных алфавитного и терминологического указателей, в словаре присутствует древовидный тематический указатель, в котором статьи расположены иерархически с разными уровнями вложенности по степени обобщения терминологического материала. Поймите правильно, никто не предполагает, что человек откроет словарь и начнёт фигачить с буквы А и до конца, пока не дочитает. Но он может, обратившись к нашему терминологическому древу, сформировать представление о том лингвистическом контексте, который существует вокруг интересующего его явления, прочитать целый кластер статей, связанных друг с другом.

Есть ещё один момент, который делает словарь «книгой для чтения». Помимо основного текста, в статьях у нас даются вставные очерки двух типов — какие-то более или менее обширные цитаты из художественной или научной литературы, иллюстрирующие то понятие, которое в статье раскрывается. А с другой стороны, дополнительные, научно-популярные, небольшие тексты, которые позволяют – опять-таки, да? – читателю интересующее его явление представить в более широком контексте.

— В глаза сразу бросается оформление. Каким образом коллектив, который занимался подбором статей и структурой словаря, работал с дизайнерами? Как я понимаю, это должна быть довольно плотная совместная работа?

Сергей: Работа по дизайнерскому оформлению началась тогда, когда текст был готов. Первоначально, ещё на этапе создания статей, были подобраны иллюстрации, но Ждан Филиппов большинство этих картинок забраковал, сказал, что они никуда не годятся — ни по качеству своему, ни по своему, так сказать, концептуальному встраиванию, что это просто какой-то винегрет, солянка и так далее. Ждан предложил необычное решение — иллюстративный ряд делать чёрно-белым, а сам текст цветным. Раскрашивать текст, выделяя в нём разные информационные потоки: цитаты, ссылки, списки, понятия, вставные очерки, имена писателей и названия произведений. Понятно, что в куче книг, словарей, энциклопедий есть такие «подвалы» с цветовой заливкой, но это совсем другое. Там цвет маргинален и маркирует маргинальные, периферийные вещи. А у нас это основный эстетический приём. Когда Ждан предложил эту идею, я помню этот момент — как озарение, божественное озарение.

Параллельно с работой над словарем мы работали и над макетом учебника по русскому языку для 10–11 классов. В том, что касается школьников, это одного возрастного уровня адресат. Макет учебника делал Дима Барбанель, с которым, как и со Жданом, мы познакомились, когда работали над журналом «Эрмитаж», и вот с тех пор время от времени сотрудничаем. Я к чему — к тому, что эти два макета, учебника и словаря, — в них можно при желании усмотреть две противоположности. В том смысле, что Дима как раз забабахал в учебник огромное количество совершенно разностильных, в том числе просто ужасных, иллюстраций; вынес их в такие резервации, на отдельные развороты, отженил от текста и дал им возможность взрывать глаз и мозг читателя. А Ждан жёстко всё выкинул. Не было бы счастья, да несчастье помогло — стало понятно, что у нас нет картинок, и пришла идея, которая мне до сих пор нравится, — создание такой вот особой текстовой выразительности.

— Если зайти сегодня в книжный магазин, кажется, что не так чтобы очень много оригинальных учебников выходит.

Дмитрий: Вы сейчас говорите именно об учебниках?

— Об образовательной литературе, которую потребляют современные школьники, если как-то сужать.

Дмитрий: Могу говорить только о русском языке. Учебники по русскому языку и структурированы, и в дизайнерском отношении оформлены традиционно. Безусловно, это скучно, и мы, конечно, хотели от этой скуки немного отойти, но тут очень важны пропорции и меры. Надо помнить, что учение — не развлечение, как бы этого ни хотелось, и в традиционности, может быть даже какой-то косности, есть свои плюсы. По этим «скучным» учебникам все мы выучились, в русской учебно-методической традиции накоплен богатейший опыт, богатейший арсенал приёмов обучения русскому языку. Возможно, в каком-то смысле этот опыт нуждается в некотором новом преподнесении, — да, и вот мы попытались это сделать.

Сергей: По другим дисциплинам сейчас издают вполне красочные, яркие учебники, но там есть, так сказать, предметная основа для каких-то привлекательных визуальных решений, с русским языком — по понятным причинам — намного сложнее.

Дмитрий: Это не кино и не мультфильм, и как бы ни было сильно влияние визуальной составляющей в современной культуре, не стоит забывать, что в начале было Слово и основа всего — это текст. Беда современной культуры как раз таки в том, что всё распалось на кусочки, понимаете? Всё разлетелось на куски, и настаивать на этом распадении целого, ещё более, так сказать, его акцентировать, преподносить как нечто такое занимательное, на мой взгляд, не нужно. Важно здесь немножечко притормозить.

— Зачем во времена гипертекста вообще нужна книга? Особенно, если это словарь, который вроде бы проще потреблять в виде приложения на телефоне или сайте.

Дмитрий: Потому что для очень-очень многих людей книга — это книга. Даже те, кто полностью уже внедрён, так скажем, в пространство Интернет-культуры, всё равно относятся к книге как к чему-то такому более ценному, значимому, если угодно. И это мнение нельзя не учитывать. Для очень многих людей, которые в той или иной степени влиятельны в нашем мире, именно книга на столе — это результат. Здесь есть ещё один аспект — я сейчас говорил об этом вот дроблении, распадении, чередовании. Книга — это некоторый самостоятельный объект, чисто материально самостоятельный, понимаете, который можно взять в руки, положить в шкаф, пойти на кухню и так далее. Она опять-таки немножко противостоит этой всеобщей фрагментации, о которой я говорил, и в этом смысле культурная функция книги важна.

Сергей: Мы очень довольны этой книгой, но мы на ней не зацикливаемся, мы сейчас уже активно очень делаем сайт словаря и мобильное приложение для iOS, которое должно выйти в начале ноября. Там всё будет выглядеть схоже с книгой, но в то же время и иначе. Понимаете, книга — это ядро. Вокруг неё уже сейчас много других вещей строится, нарастает. Мы сделали специальный канал на YouTube, своего рода видеодополнение к словарю, специально записали, по-моему, в общей сложности 45 видеороликов — короткие интервью с замечательными современными лингвистами.

Дмитрий: В основном это те люди, которые не входят в авторский коллектив, но говорят они о научных проблемах, поднятых в словаре. На самом деле, чрезвычайно интересно слушать — если словарь писали преимущественно петербургские учёные, то там как раз, вот в этой видеоподборке, по большей части московские специалисты, и это создаёт некую объёмность, в том числе географическую.


Ждан Филиппов рассказывает о том, как создавалось оформление словаря


  • Теги
  • грамматика
  • лингвистика
  • лингвистические термины
  • русский язык
  • СПбГУ
  • школьная энциклопедия
  • школьный энциклопедический словарь
  • энциклопедический словарь
  • энциклопедия для школьников
  • языкознание

(Нет голосов)

Комментарии

Предупреждение Для добавления комментариев требуется авторизация
  • Ссылка на комментарий
    ...Первоначально, ещё на этапе создания статей, были подобраны иллюстрации, но Ждан Филиппов большинство этих картинок забраковал, сказал, что они никуда не годятся — ни по качеству своему, ни по своему, так сказать, концептуальному встраиванию, что это просто какой-то винегрет, солянка и так далее.
    Ага.
    Следовательно, помещение рядом со статьей "падеж" изображения примата — как никогда близко к "концептуальному встраиванию" иллюстрации в контекст! Здорово
    На самом деле, интервьюер прав: у авторов почему-то сформировано какое-то..."принципиально новое", что ли, представление о назначении справочного энциклопедического издания, в том числе издаваемого для учебных целей. ЗАЧЕМ его нужно искусственно "опопсячивать"? А также "накручивать" разного рода историко-языковые факты (как например, в случае с той же статьей "падеж"). Вопрос

    P. S. Кстати, та манера речи, с какой авторы позволяют себе рассказывать о школьном словаре русского языка —
    Поймите правильно, никто не предполагает, что человек откроет словарь и начнёт фигачить с буквы А и до конца, пока не дочитает.

    В том смысле, что Дима как раз забабахал в учебник огромное количество совершенно разностильных, в том числе просто ужасных, иллюстраций...
    и т. п.  как раз нисколько не располагает к применению данного издания по его прямому назначению. Скептически
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    Словарь, который хочется читать, это не словарь, а энциклопедия. Делать из словаря русского языка популярное, часто читаемое издание,  почти то же самое, что делать  всеми читаемый словарь по квантовой физике. И хоть  пишем на русском языке мы чаще, чем решаем вопросы квантовой физики, все равно этот словарь — узкоспециальная книга, и читать ее будут в основном лингвисты и филологи, а для них иллюстрации не главное.
    • 0/0