Мир энциклопедий

Википедия вредна не когда в ней есть ошибки, а когда она отучает человека замечать, что перед ним всего лишь промежуточная версия знания. Мне самому приходилось ловить себя на том, что после нескольких абзацев возникает иллюзия полноты знаний. А ведь в реальности я всего лишь прочитал пересказ пересказов и еще не видел ни источников, ни аргументов. Я не верю в идею, что достаточно просто убрать Википедию и люди автоматически начнут читать хорошие книги и научные работы. Пустоту моментально заполнит другой такой же удобный агрегатор. Для меня настоящая «ментальная детоксикация» начинается не с отказа от конкретного сайта, а с неприятной привычки перепроверять даже то, что очень хочется считать уже понятным.

Мне кажется, главная ценность такой энциклопедии проявится даже не сейчас, а через несколько десятилетий. Пока участники кинопроцесса и свидетели его истории еще живы, можно успеть зафиксировать то, чего нет в официальных титрах и каталогах. Для кино такая работа крайне важна — пленка может сохраниться физически, а контекст ее появления легко исчезает вместе с людьми.

Интересно увидеть, насколько подробно в итоге будут представлены обычные местные деятели. История региона во многом складывается из людей второго плана — учителей, строителей, организаторов школ. Судя по заявленному охвату, здесь получается довольно объемный срез истории освоения и развития огромной территории. Хочется увидеть прошлое не только через известных людей и крупные события, но и через устройство жизни на местах.

Показательно, что к этим томам обращаются воспитанники детской железной дороги. Мне нравится сама мысль, что такое издание по-прежнему может увлечь человека, который пришел к нему совсем не из-за обязательной учебной программы. Иногда именно случайно открытая статья и становится началом интереса к совершенно новой теме.

Ошибки бывают и у людей, а хорошо устроенная система проверки способна быть полезнее самого ярлыка «написано человеком». На мой взгляд, будущее энциклопедий скорее за сочетанием машинных инструментов с обязательной человеческой проверкой, чем за выбором одного из двух подходов. Поэтому я скорее за ИИ как за инструмент редактора, а не как за самостоятельного автора знаний.

Ветераны из муниципалитетов, конечно, могут подсказать имена и факты, которые в официальных документах легко теряются. Но дальше эти сведения важно тщательно сверять по архивам и другим источникам. Часто факты, которые хорошо знают в своем районе или селе, для большой официальной истории почти незаметны. Надеюсь, второй том как раз поможет такие пробелы закрыть.

Мне нравится сам подход сохранять память о великих людях через полноценное описание их интеллектуального наследия. В таких книгах я обычно ищу один ответ: что именно осталось после человека в его профессиональной области? Судя по всему, Салык Зиманов именно тот человек, чьи идеи пережили его самого и сильно повлияли на последующее развитие права в Казахстане.

Довольно любопытно рассматривать Волгу и Каспий не как два самостоятельных объекта, а как связанную систему. На мой взгляд, именно энциклопедический формат здесь особенно уместен. Когда в одном массиве сведений можно сопоставить природные изменения и развитие городов, хозяйственное освоение и исторические материалы. Так гораздо легче увидеть взаимосвязи, которые теряются при изучении каждой темы отдельно.

Если ИИ все чаще дает пользователю готовый ответ прямо в поиске, то качественный первоисточник рискует выполнять огромную работу по созданию и проверке контента, не получая взамен читателя. Получается странная экономика: чем лучше структурирована база знаний, тем удобнее ее пересказывать машине и тем меньше причин пользователю открывать исходную страницу.

Я бы не воспринимал это как запрет ИИ. Скорее, английская Википедия пытается провести границу между инструментом редактора и автоматическим производством энциклопедического текста. При этом полный отказ от ИИ мне тоже кажется чрезмерным. Если редактор использует его как корректор или вспомогательный инструмент, а затем сам проверяет результат, я не вижу принципиальной разницы с другими редакторскими инструментами. Поэтому они вполне разумно провели границу: не запрещать, а ограничивать его использование там, где машина фактически начинает выполнять содержательную работу вместо человека.