Э

Мир энциклопедий

encyclopedia.ru

Энциклопедия репрессированных авторов. 1917—1987. Биобиблиография советской трагедии. Том 2. В — Г

Энциклопедия репрессированных авторов. 1917—1987. Биобиблиография советской трагедии. Том 2. В — Г

Рецензия

  • 1 Июля 2013
  • просмотров 4647
  • комментариев 1

Матышев А. А. Энциклопедия репрессированных авторов. 1917—1987. Биобиблиография советской трагедии. Т. 2: В — Г / А. А. Матышев. — СПб.: Издание автора, 2013. — 768 с. — ISBN 978-5-86153-290-7.

Фантастический человек. С какой скоростью работает. (Первый том вышел всего год назад — см. тогдашнюю мою рецензию.) И на что тратит свою жизнь. (Даже при таких темпах — когда же он доберется до букв Э, Ю, Я? Страшно подумать.) И свою, извините, зарплату. (В дневное время — преподает в вузе, причем не историю).

Положим, предпринятое им издание принесет стране важную пользу. Когда-нибудь. Если с нею — со страной — вдруг почему-либо случится что-нибудь очень хорошее. (Так сказать — антропоморфизм победит.) На подступах к букве Ю.

Но пока что перед нами — почти курьёз (удивительно несмешной): ценнейший исторический труд — и обширнейший: в одном томе более 600 страниц, в другом — почти 800! — а тираж — 100 (сто!) экземпляров.

Вообще-то, нормально. Для Древнего Рима, я думаю, — тираж приличный. Тацит поначалу пользовался таким же успехом, Светоний. Правда, у них были, наверное, спонсоры. И уж точно имелись рабы. Какое-никакое, а подспорье.

А. А. Матышев по убеждениям — яростный аболиционист, а по характеру — подвижник. Жаль, смысл всех слов этой фразы (кроме «характер» и «яростный») забыт. Можно выписать из академического словаря: подвижник — «тот, кто самоотверженно борется за достижение высоких целей на каком-либо трудном поприще». Но тогда придётся разъяснять: что значит — высокая цель? а трудное поприще? И самое главное: самоотверженно — это как?

Короче говоря: вот он извлёк из каталога НРБ (это все равно, что перебирать по песчинке могильный курган) еще 218 фамилий. К каждой прикрепил биографию, сшитую из тончайших лоскутков, какие где нашлись: в справочниках, в архивах, в периодике, в белетристике, в мемуарах. Или не нашлись: чего-то же стЛит и строчка, обозначающая прореху: писатель такой-то ни в одной литературной энциклопедии не упомянут. И восклицательный знак — если данный писатель его заслужил.

Даже не надейтесь: это не 218 беспристрастных некрологов. Это 218 жутких новелл. Написал бы: остросюжетных, но кульминацию и развязку во всех случаях сочиняла ГБ, а она тупа. 218 сломанных жизней. 104 пробитых черепа.

Почти такая же пропорция в первом томе: 218 и 103. Стало быть, полный алфавит даст примерно три тысячи арестованных, полторы тысячи убитых. Из которых у каждого — прежде чем его взяли — вышла хоть одна книжка. Хотя бы брошюра о достижениях колхозного строя или поэма о Сталине. Тут статистике есть о чем подумать, мне кажется. С теорией вероятностей, что ли, поговорить. Ведь каких бы текстов авторами ни являлись несчастные, брали-то их, как правило, не за тексты, а на общих основаниях — сколько надо, чтобы в органах не застаивалась кровь.

Кстати, вот этого-то А. А. Матышев и не может простить абсолютному большинству жертв: их личной юридической невиновности. С чистой совестью, с искренним удовольствием обслуживали своих будущих убийц. Некоторые даже чувствовали к ним — к партии, правительству, органам — вроде как любовь. Сами убили бы за них кого угодно.

Что ж, если человек был так глуп, А. А. Матышев про него напишет: «Умер в родном коммунистическом концлагере». Или: «Расстрелян „родным“ коммунистическим палачом». Про скользкого приспособленца — просто: расстрелян. Но уж у бессовестного подвывалы (напечатал, допустим, в газете: «чтобы ни у кого из нас не дрогнула рука для расправы с врагом») — эпитафия будет такая: «Расстрелян в день вынесения „приговора“. Рука коммунистического палача не дрогнула».

Ирония Уленшпигеля. Да, это история террора в лицах. Искажённых не только ужасом и болью, но и недоумением. И автор энциклопедии не скрывает, что сердится на воскрешаемых им мертвецов. Вот за эту защитную гримасу политического кретинизма.

Не возразишь. Они и не возражают. В конце концов, если бы не Александр Матышев, кто бы вообще о них вспомнил?

Хотя встречаются и знакомые, даже громкие имена. Павел Васильев, Артем Весёлый, Введенский, Воронский, Гуковский, Гумилёв...

Эпиграф к первому тому был: «За других не прощают». Ко второму: «Рукописи горят».

Надо бы вам прочитать эту потрясающую книгу. Не дожидаясь буквы Ю.


  • Теги
  • Александр Матышев
  • биобиблиографический справочник
  • биографии
  • запретная литература
  • политическая история России
  • политический террор
  • репрессии
  • репрессированные авторы
  • СССР
  • Энциклопедия репрессированных авторов
  • Библиографическая ссылка (для печатных источников) Лурье С. [Рецензия]/ С. Лурье// Звезда. — 2013. — № 7. — Рец. на кн.: Матышев А. А. Энциклопедия репрессированных авторов. 1917 — 1987. Биобиблиография советской трагедии: доарестные книги на русском языке авторов, репрессированных коммунистическим режимом. Т. 2: В — Г. СПб., 2013. 768 с.

(Нет голосов)

Комментарии

Предупреждение Для добавления комментариев требуется авторизация
  • Ссылка на комментарий
    Честно говоря, такое ощущение, что уважаемый г-н рецензент испытывает к автору данного многотомника откровенную неприязнь, если позволяет себе такие ехидные заявления, как —
    Фантастический человек. С какой скоростью работает. (Первый том вышел всего год назад — см. тогдашнюю мою рецензию.) И на что тратит свою жизнь... И свою, извините, зарплату. (В дневное время — преподает в вузе, причем не историю)...
    или —
    ...А. А. Матышев по убеждениям — яростный аболиционист, а по характеру — подвижник. Жаль, смысл всех слов этой фразы (кроме «характер» и «яростный») забыт. Можно выписать из академического словаря: подвижник — «тот, кто самоотверженно борется за достижение высоких целей на каком-либо трудном поприще». Но тогда придётся разъяснять: что значит — высокая цель? а трудное поприще? И самое главное: самоотверженно — это как?..
    а порой — и ёрничанья —
    ...это не 218 беспристрастных некрологов. Это 218 жутких новелл. Написал бы: остросюжетных, но кульминацию и развязку во всех случаях сочиняла ГБ, а она тупа...
    (кстати, за последнюю здесь фразу в свое время он вполне мог бы оказаться среди героев данного издания на букву "Л"! Идея )

    А по сути (т.е. именно того, что должно было быть в адекватной рецензии) — практически ничего нет. Разве что краткое описание модели словарной статьи и интонации ее содержания. Восклицание
    Что ж, Бог ему судья.
    Критиковать всегда проще, чем создавать... Скептически
    • 1/0