Рецензия
- 1 июня 1995
- просмотров 4763
Красная книга языков народов России = The red book of the languages of Russia: энцикл. слов.-справ./ Ин-т яз. народов России, Акад. естеств. наук Рос. Федерации; [Гл. ред. В. П. Нерознак]. — М.: Ред.-изд. фирма «Academia», 1994. — 116, [1] с.: схем.; 28 см. — Указ. языков и диалектов, имен.: С. 109-116. — На тит. л.: ООН. Междунар. десятилетие коренных народов мира, 1994-2004. — ISBN 5-87444-018-6.
Институт языков народов России Министерства Российской Федерации по делам национальностей и региональной политике выпустил в свет «
Красную книгу языков народов России: энциклопедический словарь-справочник», куда вошли словарные статьи по
63 этносам России, численностью не превышающим
50 тысяч человек каждый. Эта книга — первая из задуманной серии этно-социолингвистических энциклопедий-справочников, которые должны увидеть свет в 1995 г. («Государственные и титульные языки в РФ» и «Книга памяти: исчезнувшие языки России и сопредельных стран»).
Идея создания словаря-справочника по языкам и народам России не нова: например, ровно
100 лет назад, в 1895 г., в С.-Петербурге вышел «Алфавитный список народов, обитающих в Российской империи». Сравнение словарных статей по уральским языкам и народам из «Алфавитного списка...» и из «Красной книги...» наглядно показывает, какие изменения произошли за истекшее столетие в группе уральских народов в силу прежде всего ассимиляционных процессов. Так, в конце XIX в., судя по «Алфавитному списку...», в стране насчитывалось около
400 камасинцев, которые квалифицировались как смесь тюркских и самодийских племен, исповедовавших православие и проживавших в Канской округе Енисейской губернии (к настоящему времени камасинцы вымерли и должны попасть в анонсированную «Книгу памяти...»). О карагасах (или «тофа») говорится, что это племя самоедского происхождения; православные, с примесью язычества; живут в Минусинской округе Енисейской губернии. «Алфавитный список...» 1895 г. отражает состояние науки того времени. В отношении некоторых народов за истекшее столетие изменилось мнение об их происхождении или произошел переход народа на другой язык. Так, о бесермянах, которых было
10820 человек в конце прошлого века, сказано, что это племя неизвестного происхождения, сильно обрусевшее (сейчас бесермяне считаются субэтнической группой удмуртов, пользующейся одним из диалектов удмуртского языка); сойоты (на конец XIX в. —
1000 человек) — финское племя; бельтиры (в 90-е годы прошлого века их было
3100 человек), байкаты (
200 человек, по данным середины XIX в.), абугач (
100 человек на тот же период) также названы отатарившимися финнами и т. д.
В «Алфавитный список...» включены как малочисленные, так и многочисленные народы России, в то время как задача «Красной книги...» иная — дать описание только тех языков и народов, которые стоят на грани исчезновения в силу своей малочисленности, в результате забвения языка, из-за подверженности ассимиляционным процессам.
Миноритарные народы, как их нередко сейчас называют, в последние годы вызывают большую обеспокоенность мировой общественности: в 1989 г. появилась конвенция (№ 169) о коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни в независимых странах; в 1992 г. принята Европейская хартия о региональных языках и языках меньшинств; 1994—2004 гг. провозглашены Международным десятилетием коренных народов мира, а 1993 г. — Годом малых народов. Обо всех этих решениях и действиях по их выполнению подробно рассказывается во вступительной статье к рецензируемой книге — «Малочисленные народы России: проблемы этнолингвоэкологии», написанной ее главным редактором
В. П. Нерознаком. В приложении даны тексты упомянутой Европейской хартии, пояснительный доклад к ней и конвенция № 169.
В разделе «О структуре словарной статьи» предлагается типовая схема словарной статьи, состоящая из
14 пунктов, следуя которой, авторы словаря описывают
63 малых языка современной России. В схему включено освещение таких вопросов, как название языка и варианты названия; принадлежность к определенной языковой группе и семье; самоназвание этноса и некоторые исторические сведения об этносе; численность носителей по переписи населения 1989 г. и динамика изменения численности на основании сравнения с предыдущими переписями; регион распространения языка и карты-схемы распространения языков и диалектов; близкородственные связи языка и взаимодействие с русским и другими языками межэтнического общения; краткая характеристика языковых особенностей; диалектная структура языка; наличие письменности, ее графическая основа, памятники письменности и фольклор; сферы использования языка; язык в системе обучения; основные рекомендации по сохранению и развитию языка; дополнительная информация и основная библиография.
Всего в «Красной книге языков народов России» одиннадцать словарных статей по уральским языкам, точнее, по языкам малочисленных прибалтийско-финских, обско-угорских и самодийских народов, а также по саамскому языку. Единственным и несколько странно выглядящим в этой связи является бесермянский диалект удмуртского языка или, как написано в заглавии словарной статьи, — «Бесермян язык», про который в самой статье говорится, что это диалект удмуртского языка (одновременно он называется и наречием), своеобразие которого состоит в смешении отдельных черт как северного, так и южного наречий удмуртского языка.
Львиная доля словарных статей (
8 из
11) написана
Е. А. Хелимским (статья об энецком языке — в соавторстве с носителем энецкого языка
Д. С. Болиной). Автором статей об ижорском и водском языках выступает
Р. А. Агеева, о вепсском —
И. Б. Иткин.
В изложении материала соблюдается типовая схема его подачи, хотя разные авторы в своих словарных статьях уделяют больше внимания то одним, то другим сведениям. В большинстве словарных статей практически нет сведений о фольклоре и истории народа (приятное исключение в этом смысле — словарные статьи о води и ижорах): для вепсского языка отсутствует карта-схема расселения этноса, зато много внимания уделено описанию ареала расселения современных вепсов и их диалектам и т. д.
С большим пафосом и горестью по поводу судьбы народа написан очерк о нганасанах Е. А. Хелимского — составителя, редактора и одного из авторов прекрасного «Таймырского этнолингвистического сборника» (Москва, 1994), в котором собраны и проанализированы материалы по нганасанскому шаманству и языку. В словарной статье о нганасанах Е. А. Хелимский пишет о необходимости «эффективных мер поддержки» нганасанов, в первую очередь, поддержки экономической и социальной. Это — проблема общая для всех малочисленных народов России, проживающих на Крайнем Севере (соображения относительно решения различных проблем аборигенов Крайнего Севера, развития у них традиционных промыслов и т. д. можно найти в ряде докладов, прочитанных на международной конференции «Языки, культура и будущее народов Арктики» в Якутске, в 1993 г.).
По всем словарным статьям «Красной книги...» вырисовывается одна и та же достаточно печальная картина: естественный прирост населения в последнее время либо отсутствовал, либо почти полностью поглощался ассимиляционными процессами; переписи фиксируют устойчивое снижение доли лиц, владеющих языком своей национальности как родным (при этом необходимо иметь в виду ориентировочный характер данных переписи, не фиксирующих детали языковой ситуации, в частности, уровень реального владения языком, распределения говорящих по возрастным группам и др.). Все это подводит читателя к мысли о неминуемом исчезновении многих языков, что уже случилось с бесконечным числом языков мира. Читая другие словарные статьи (посвященные не уральским языкам), можно и здесь натолкнуться на упоминания о тех языках, которые предположительно попадут в «Книгу памяти...». Например. в словарной статье, написанной
М. В. Орешкиной, «Сойотский язык» и в статье
В. И. Рассадина «Тофаларский язык» указаны в качестве субстрата сойотского и тофаларского языков саяно-самодийские вымершие языки.
Рецензируемая книга написана на хорошем профессиональном уровне, по единой схеме, но в отдельным случаях (что легко объяснимо, поскольку статьи писались разными авторами) встречается некоторая несогласованность. Так, в очерке Р. А. Агеевой (С. 22) сказано, что в русских летописях (что не оспаривается) водь называлась чудью; в свою очередь, в очерке И. Б. Иткина о веси (вепсах) говорится, что вплоть до начала XX в. вепсы назывались чудью (С. 21). Наименование
чудь — древнее собирательное имя для обозначения прибалтийско-финских племен, причем археолог
Е. А. Рябинин (Финно-угорские племена в составе древней Руси (к истории славяно-финских этнокультурных связей), Ленинград, 1991) свидетельствует, что средневековый этноним чудских группировок остается до сих пор неясным. Кстати, некоторые исследователи (например,
А. И. Попов, признающий прибалтийско-финский характер чуди) подчеркивают отличие чуди именно от вепсов и карел.
В словарных статьях о самодийских языках указывается, что
Г. Н. Прокофьев в 1937 г. вслед за
М. А. Кастреном называет энецкий язык диалектом ненецкого, но почему-то не упоминается, что то же самое Прокофьев говорит и в отношении нганасанского. В свое время традицию считать энецкий и нганасанский языки диалектами ненецкого разрушила
Н. М. Терешенко, в работах которой нганасанский и энецкий фигурируют уже как самостоятельные языки.
В отдельных случаях желательно было бы дополнить библиографию работами общего характера, например, стоило бы упомянуть статью
П. А. Аристэ «Пути отмирания двух прибалтийско-финских языков» (Проблемы языкознания (доклады на X Международном конгрессе лингвистов), Москва, 1967, С. 115-119), статью
Ю. Янхунена «Ethnic death and survival in the Soviet North» (JSFOu, 83, 1991, С. 111-122).
«Красная книга языков народов России» отвечает потребностям сегодняшнего дня, но как одна из трех задуманных книг серии энциклопедических словарей-справочников она представляет и серьезный научный интерес в области этно- и социолингвистики. Все три словаря-справочника в совокупности должны будут, по замыслу ее главного редактора В. П. Нерознака, дать полное описание языков всех живущих сейчас на территории Российской Федерации народов, и описание языков, распространенных на евразийском континенте в разные исторические эпохи и уже вышедших из употребления. Книга обращается к широкой аудитории — она вызовет интерес и филологов, и этнографов, и политологов, культурологов и всех, интересующихся историей России.
Удовлетворив первый интерес любопытствующего, эта работа даст возможность желающим углубить свои познания по тому или иному языку, обратившись к изучению достаточно обширного отсылочного аппарата — к библиографии.
А. И. Кузнецова (Москва)
Упомянутые персоны, псевдонимы и персонажи
- Библиографическое описание ссылки Кузнецова А. И. [Рецензия]/ Ариадна Ивановна Кузнецова// Linguistica Uralica. — 1995. — № 2. — С. 135-137. — Рец. на кн.: Красная книга языков народов России: энцикл. слов.-справ. — М., 1994. — 116, [1] с.