Э

Мир энциклопедий

encyclopedia.ru

Новый музыкальный словарь остр на язык

Новый музыкальный словарь остр на язык

Рецензия

  • 14 Марта 2010
  • просмотров 7612
  • комментариев 7

Акопян Л. О. Музыка ХХ века. Энциклопедический словарь. — М.: Практика, 2010. — 855 с. — ISBN 978-5-89816-092-0.

Ненасытный музыкальный аппетит» Ростроповича, «постмодернистские поделки» Десятникова, «преувеличенное глубокомыслие» Плетнева... Что это — выдержки из критических заметок в «МК»? Отнюдь: это цитаты из новейшего (2010) и претендующего на солидность словаря «Музыка XX века» (издательство «Практика»), который скоро появится на прилавках.

Вы безмерно удивитесь, увидев на обложке энциклопедии имя... автора — известного музыковеда Левона Акопяна. Нет, человек он во всех смыслах заслуженный, но обычно пишут «под редакцией профессора такого-то», да и то скромненько, внутри. А здесь — широко, раздольно, да еще и с посвящением «дорогой жене Гае». Но самое интересное — дальше. Утверждается, что книга не имеет прецедентов в музыковедческой литературе: ведь «не жертвуя академической основательностью», автор стремился сделать изложенние увлекательным и понятным для большинства.

Получилось ли это — решать вам, но читать словарь до крайности любопытно. Вы вообще когда-нибудь читали словари подряд? Тем более, что маэстро не отказал себе в удовольствии кое-кого изящно «ущипнуть».

Многим, правда, в вечности было отказано: автор брал ключевые фигуры музыкантов именно XX столетия, нарочно проигнорировав всех — на момент завершения века — вундеркиндов (таких как Кисин, Репин, Рахлин etc.). Это ладно (хотя впереди ли у них «главные достижения»?). Но посвящая статьи Гидону Кремеру, Мише Майскому, автор, однако, не посчитал нужным рассказать о, царствие небесное, советской дирижерше №1 Веронике Дударовой, арфистке №1 Вере Дуловой, советском органисте №1, долгих лет жизни, Гарри Гродберге, наконец, живой скрипичной иконе — Викторе Третьякове. Ну не очевиден, видать, их вклад в общемировую копилку. Не вписались как следует в контекст. Я уж молчу там о пианистах Андрее Гаврилове, Элисо Вирсаладзе...

Насчет Дуловой, правда, непонятно. Хорошо, отметаем всякие выступления на льдине для полярников (что само по себе — чем не авангард — сильный художественный жест по тому времени), дружбу с Шостаковичем, госпремии, берем сухой остаток как в случае с Башметом или Ростроповичем: Башмет одним собою расширил альтовый репертуар, Ростропович — виолончельный. Так и для Дуловой писали с десяток современных композиторов. (Зато Губайдулиной и Штокхаузену посвящены не только персональные статьи, — целых колонок удостоились наиболее знаковые их произведения).

Кстати, о Штокхаузене: «Несомненно выдающийся музыкант, генератор новаторских идей, легенда 1950-60-х годов, Ш. со временем превратился в своего рода пророка или гуру небольшой группы истовых приверженцев, обеспечивающих единственно «аутентичное» истолкование его музыки. [...] На склоне лет Ш. остальной мир вспоминал о нем преимущественно либо в связи с его экстравагантными акциями (наподобие «Вертолетного струнного квартета» из «Среды», исполненного в 1995 в Амстердаме с участием четырех вертолетов, в каждом из которых сидело по одному музыканту), либо в связи с его не менее экстравагантными высказываниями (террористическую атаку на Нью-Йорк 11 сентября 2001 года он объявил «величайшим произведением искусства»)».

Нет, скажем, отдельной статьи и о композиторе Десятникове (нынешнем музидеологе Большого театра), зато есть красивая ему запятая в статье про Гидона Маркусовича Кремера: «...Кремеру не чужда известная эксцентричность, которая проявляется в его пристрастии — порой навязчивом — к легкой музыке, разного рода пародийным и юмористическим миниатюрам и непритязательным «постмодернистским» поделкам, в т.ч. авторства петербургского композитора Леонида Десятникова».

Или вот, что, например, говорится о Тихоне Хренникове: «...Свою репутацию надежного певца советского строя Х. утвердил музыкой к колхозной кинопасторали Ивана Пырьева «Свинарка и пастух» и песнями военных лет. [...] В период ждановщины (1948) оказался наиболее подходящим кандидатом на роль официального лидера советской музыки. [...] Заслугой Х. следует признать то, что на начальном этапе его правления никто из видных «формалистов» не был исключен из Союза композиторов. Он также оградил СК от юдофобской кампании 1949 года...».

В главках о современниках то там, то сям проскакивает любимая фраза автора «в его лучшие годы». Так — о Спивакове: «Благодаря изысканному исполнительскому мастерству, разнообразному репертуару и незаурядному искусству превращать свои выступления в эффектные шоу быстро завоевал широкую известность как солист. [...] В лучшие годы С. его индивидуальность интереснее раскрывалась в музыке некоторых композиторов XX века, в т.ч. Гартмана, Шостаковича, Щедрина...». О Башмете: «Основное достоинство Башмета-инструменталиста в его лучшие годы — исключительно красивый, интенсивный, чистый и благородный тон».

О Плетневе: «...Культивирует подчеркнуто сдержанную, скорее интровертную, сосредоточенную манеру музицирования и эстрадного поведения. В искусстве П. образцовая ясность артикуляции и точный архитектонический расчет сочетаются с тенденцией к несколько преувеличенному глубокомыслию; последняя особенно характерна для П.-пианиста и выражается в чрезмерном подчеркивании значимости замедлений и пауз, «подголосков» в полифонической ткани, выделенных из контекста мотивов и даже стандартных кадансовых оборотов. При этом маньеризм у П. никогда не перерастает в претенциозность, истовость — в аффектацию».

О Ростроповиче: «...Р. был не только «всеяден», но и в высшей степени гибок; его бурный темперамент умерялся безошибочным чувством стиля».

О Геннадии Рождественском: «Лучшие работы Р. исключительны по совершенству исполнения, но репертуарная «всеядность» иногда оборачивается у него известной небрежностью отделки».

О Мосолове: «...В 1937-38 несколько месяцев провел в лагере по обвинению в антисоветской агитации, был освобожден по ходатайству своих учителей Глиэра и Мясковского. Впоследствии обрабатывал народные песни для Северного русского хора (Архангельск)».

О Ван Клиберне: «...Склонность к чрезмерной аффектации и стилистическое однообразие привели к тому, что публика довольно быстро перестала интересоваться его искусством». Насладитесь.

NB. Отдельное, впрочем, спасибо за целую колонку (пол-страницы) про Алексея Станчинского, — парадоксально, но имя этого, почти не исполняемого, композитора продолжает жить в сердцах людей, которые, зачастую, всего-то и знают про него, что С. был найден мертвым на реке в свои 26 лет (1914), а в творчестве испытал влияние Скрябина...


Упомянутые персоны, псевдонимы и персонажи


  • Теги
  • XX век
  • биографии
  • исполнители
  • композиторы
  • музыка
  • музыка XX века
  • Музыка ХХ века. Энциклопедический словарь
  • музыкальные стили
  • музыканты
  • музыковеды
  • энциклопедический словарь

(Голосов: 2, Рейтинг: 3.35)

Комментарии

Предупреждение Для добавления комментариев требуется авторизация
  • Ссылка на комментарий
    Ну, в принципе, ошибка только в том, что это издание называется в том числе и энциклопедическим словарем. Было бы название не таким помпезным (например, "Великие музыканты 20-го века"Шутливо, без претензии на энциклопедичность, и все было бы нормально. Личное мнение автора, личные суждения. Но энциклопедии должны излагать факты и статистику, а не суждения, тем паче предвзятые. Скептически
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    книга не имеет прецедентов в музыковедческой литературе: ведь «не жертвуя академической основательностью», автор стремился сделать изложенние увлекательным и понятным для большинства.

    Да-а уж... Печально
    Давненько в нашей стране не было столь ангажированных справочников...
    Во-первых, ЧТО здесь называется "понятным для большинства изложением"? Вопрос То, что, как я понимаю, практически каждая статья испещрена различными (мягко говоря) "оценочными" толкованиями Со злостью того или иного стиля исполнения музыканта? Вопрос
    Несолидно... Печально
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    Соглашусь, подзаголовок "Энциклопедический словарь" в этой книге явно неуместен. Но ругать и критиковать автора, мне кажется, тоже не нужно. Ведь неискушенному читателю бывает очень скучно читать некоторые энциклопедии, поскольку они написаны строгим "академическим" языком. Здесь же — экспрессивные обороты, метафоры, эпитеты. Быть может, иногда они и получаются резкими или излишними, зато книга получилась живой и интересной! Восклицание
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    Может, это издание и правда не надо было называть "Энциклопедическим словарем". По сути — монография, субъективная и даже эпатирующая академическую общественность... Широкая улыбка
    Но такой подход тоже интересен! Восклицание Приглаженность, политкорректность энциклопедических изданий привычны. А тут — живенько так, остренько... Здорово
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    eva-every пишет:
    Но такой подход тоже интересен! Приглаженность, политкорректность энциклопедических изданий привычны. А тут — живенько так, остренько...

    Ну, в принципе, да, о чем я и говорил выше, но при чем тут энциклопедичность? Вопрос Есть мнение, а одно мнение — это не истинное знание, а ИМХО, энциклопедичность в изложении фактов без эмоциональности, а не в субъективизме. Так что если бы данное издание называлось просто "Музыка XX века", то вообще бы не было никаких вопросов! Восклицание
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    Согласна с большинством написавших по поводу названия, которое абсолютно не отображает внутреннее содержание книги. Энциклопедический словарь по сути своей должен вмещать максимум информации и знаний определенной сферы. А тут — так, баловство Левона Акопяна... Выложил крупицы информации — и доволен. Шутливо
    Интересно, кто купит такую "энциклопедию"??? Вопрос
    • 0/0
  • Ссылка на комментарий
    Ничего страшного, что он не носит глобального энциклопедического информирования. Тот, кто хочет узнать историю музыки в другом ключе, купит другое издание. Но такое альтернативное издание сможет во всяком случае хоть как-то заинтересовать далеких от этого людей. Идея
    • 0/0